Читать книгу - "Смерть на Кикладах. Сборник детективов №4 - Сергей Изуграфов"

глазами» начальство, он не мог смотреть. Не было душевных сил. Было стыдно. Так срываться на подчиненных — непростительно!

Старший инспектор отвернулся.

Трагичный для самолюбия полицейского факт оставался фактом: эта ловкая парочка — Астафьева с Кондратьевым — воспользовалась моментом, сбежала у него из-под самого носа — только их и видели! О чем это говорит? Простейшая дедукция: они и есть преступники, нет никаких сомнений. Иначе какой смысл им бежать? Необходимо во что бы то ни стало задержать их и допросить! Обидный смех молодой женщины, который он слышал, когда бежал, как растерявшийся мальчишка, за мотоциклом, звучал у него в ушах до сих пор.

Антонидис скрипнул зубами от злости и в сердцах смял носовой платок в мокрый ком. С самого начала все это дело у него не заладилось. Плохо, очень плохо! Ничего, еще посмотрим, кто посмеется последним! В конце концов, неповиновение старшему инспектору уголовной полиции — уже само по себе преступление! Будут сидеть, как миленькие, в камере полицейского участка, пока не сознаются или все не объяснят!

Он судорожно передохнул и попытался взять себя в руки, убрал использованный платок в правый карман пиджака, а из левого достал чистый и промокнул лоб. Необходимо успокоиться. Сейчас самое главное — успокоиться!

Но что произошло с Василенко, почему он не выходит на связь? Как объяснила старшему инспектору Софья, переговорив со старшим механиком, все устройства связи одновременно выйти из строя просто не могли. Если гонщик молчит и не отвечает на вызовы — значит что-то случилось именно с гонщиком… Вопрос: что? Это станет понятно только после того, как гонщика обнаружат. На это уйдет минимум полчаса, а то и час. С первого пит-стопа сюда едут механики, будут не раньше чем через пятнадцать-двадцать минут.

Полицейский инспектор нетерпеливо взглянул на наручные часы и снова перевел взгляд на лежащее на земле тело технического директора «Зодиака». Хоть с Истоминым, похоже, ничего криминального не произошло.

«Инфаркт, скорее всего инфаркт! Сердце не выдержало нагрузки… Я ввел ему актилизе[25] и нитроглицерин[26] внутривенно. Пожалуйста, отойдите, не мешайте работать!» — сердито буркнул Караваев на ломаном английском старшему инспектору и отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

Истомин все еще дышал тяжело и прерывисто, находясь в бессознательном состоянии, но после нескольких инъекций лицо его уже утратило нездоровый синюшный оттенок, порозовело, и было видно, что немедленная смерть пострадавшему не грозит.

Но что же грозит Литвинову? Непонятно! По-прежнему с этими русскими из «Зодиака», будь они трижды неладны, вопросов было гораздо больше, чем ответов! Не люди — сплошная загадка! Но как он был все-таки прав, когда настаивал запретить заезд! И вот — пожалуйста! «До финиша не доберется живым», сказал Смолев. А старший инспектор не помнил такого случая, чтобы Смолев хоть раз ошибся в такого рода делах. Видимо, они с генералом что-то раскопали. Но что? Похоже, что количество трупов в этом деле все еще под вопросом…

После разговора с Манном и Смолевым ясности по делу в голове у старшего инспектора не прибавилось. Но, по крайней мере, стало очевидно, что нужно сделать в первую очередь. Он немедленно связался с сержантом Димасом, дежурившим на третьем пит-стопе, и наказал ему во что бы то ни стало задержать Литвинова, как только тот появится в контрольной точке, заодно заранее посулив подчиненному всех чертей, если он оплошает. Но, уже ставя задачу сержанту, Антонидис понимал, что Димас, вероятнее всего, не справится в одиночку.

Станет Литвинов слушать во время заезда какого-то сержанта, когда он генералу Интерпола сказал «Нет!» Скорее всего, не станет. Но что же делать? Прямой связи с Литвиновым у инспектора нет. Связь есть у механиков, но они, во-первых, будут здесь только через четверть часа в лучшем случае, во-вторых, вряд ли послушаются Антонидиса, и в-третьих, вряд ли им подчинится Литвинов. А главное — Антонидис никому не доверял из команды «Зодиака». Опасность вспугнуть преступников все еще оставалась! Заколдованный круг! Остается одно — действовать самому. Но как?!

Обогнать опытного гонщика, шедшего к контрольной точке практически по прямой, хоть и по сильно пересеченной местности, у старшего инспектора не было никаких шансов.

Литвинов будет у башни Пиргос Химароу уже минут через десять-двенадцать. Антонидису ни за что туда не успеть на «Ниве» по горному серпантину автотрассы. Пришлось бы объезжать гору Зевс с запада, на это уйдет минимум полчаса. Что же делать?

«Вертолет! Надо отправить вертолет Береговой охраны навстречу Литвинову! С офицерами на борту я успею связаться! Они церемониться не станут. Они успеют, они идут от побережья ему навстречу! — решил Антонидис. — Сперва остановим этого упрямого русского, а потом начнем спасательную операцию: пусть с воздуха ищут пропавшего Василенко. Тогда сам я займусь беглецами, и пусть пеняют на себя! Камера в нашем отделе давно соскучилась по постояльцам!»

Определившись с последовательностью своих действий, старший инспектор немного успокоился и воспрянул духом, вызывая вертолет по рации.

Через мгновение пилот вертолета ответил и переключил по радиосвязи старшего инспектора на своего начальника.

Офицер Береговой охраны, местный грек лет сорока, с хриплым и резким голосом, убедительно заверил Антонидиса, что мимо них по трассе и мышь не проскочит, а не то что какой-то там возомнивший о себе невесть что иностранец на гоночном мотоцикле.

«У меня приказ! Это еще пока греческая территория! И не чужакам здесь диктовать правила! Мы быстро приведем его в чувство!» — заверил напоследок Антонидиса офицер береговой охраны и отключился. Половина дела была сделана.

Закончив разговор, Антонидис проследил за тем, как подъехавшие наконец парамедики быстро погрузили по-прежнему бывшего без сознания Истомина в медицинский микроавтобус, сами запрыгнули в него, и белоснежная «Мазда» с огромным красным крестом на боку и зеркальной надписью «Ambulance» на капоте, включив оглушительную сирену и синюю маячковую «люстру» на крыше, медленно выбралась сперва на каменистую проселочную дорогу, затем с нее — уже на трассу, где водитель немедленно дал по газам, микроавтобус резко рванул вперед и через несколько секунд уже скрылся за поворотом.

В этот момент мобильный телефон старшего инспектора зазвонил. Сержант Димас ожидаемо повинился в том, что упустил Литвинова. Устроив ему краткую головомойку по телефону больше для проформы и сдержанно пообещав вернуться к этому вопросу позже в отделении полиции, старший инспектор приказал сержанту дожидаться вертолета Береговой охраны, который вероятнее всего, доставит задержанного директора «Зодиака», которого необходимо будет стеречь, как зеницу ока.

Выслушав ответный доклад взволнованного сержанта, Антонидис произнес:

— Хорошо, передам, мы к вам выдвигаемся немедленно!

Повернувшись к устало присевшему на камень Караваеву и стоявшей рядом с врачом экспедиции Софье, перейдя на английский, полицейский сказал:

— Литвинов только